Мы уже рассказывали о том, что конфликт вокруг Ирана становится борьбой за ресурсы и поставки. Как это затронет правила игры для экспортеров — читайте тут. Теперь поговорим о том, кто контролирует маршрут и кто диктует цены.
Если США удастся установить контроль над Харком и Ормузом, то изменится вся механика нефтяного рынка. Сейчас при всей политизированности рынок всё же придерживается классической логики: цена формируется через баланс спроса и предложения, а геополитика выступает как надбавка за риск. Конфликты могли влиять на объемы добычи, маршруты и цену, но не ставили под вопрос сам факт доставки. К концу марта принцип частично изменился. Нефть формально остается доступной, однако сокращение трафика через Ормузский пролив и рост страховых ставок приводят к нарушениям гарантий поставки.
Принципиально иная ситуация возникнет в случае прямого влияния США на ключевые узлы. Речь пойдет о перераспределении власти над потоком. Рынок окажется зависим от решений стороны, контролирующей инфраструктуру и маршрут. Это повлияет на поставки энергоресурсов из стран Персидского залива и скажется как на европейских, так и на азиатских рынках. Для этих регионов вопрос энергоснабжения перестает быть исключительно коммерческим и переходит в политическую плоскость.
Нефть превращается в ресурс с различным уровнем доступности, и это формирует новую структуру цены, где к базовой стоимости ресурса прибавляется премия за доступ. В данном сценарии нефть станет устойчиво волатильной: если в прежней модели ценовые всплески были событийными, то в новой колебания станут частью постоянного режима, поскольку рынок будет закладывать устойчивую надбавку за риск — поток может быть в любое время ограничен, прерван или перенаправлен. В результате рынок получает не стабильность, а новую форму нестабильности — управляемой, но перманентной.
